СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница

враждебно. У парикмахера в польском квартале служащий, который мыл мне волосы, спросил жестким тоном: «Почему во Франции вы все коммунисты?» Француженка - это означало подозрительная, неблагодарная, чуть ли не противница. Впрочем, на улице я плавилась, точно асфальт, а в барах нельзя ни читать, ни плакать. Я буквально не знала, куда себя девать.

Наконец один друг отвез нас на машине в Миллер, и время потихоньку потекло снова: дни заполняла благотворная рутина. Я спала в своей комнате, работала там возле окна, забранного металлической решеткой, либо, побрызгав себя средством от комаров, ложилась на траву с «Линкольном» Сендберга. Я читала много произведений по американской СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница истории и литературе, а также научно-фантастические рассказы, нередко обескураживающие, но порой бросающие тревожный отблеск на наш век. Сад спускался к пруду, и густые насаждения по бокам укрывали меня от посторонних взглядов; вокруг сновали крупные серые белки, пели птицы. Мы пересекали пруд на лодке, взбирались на дюны, обжигавшие нам ноги, и спускались вниз; мы выходили на берег озера Мичиган, огромного и беспокойного, словно море: никого на бескрайних песчаных пляжах, где что-то клевали белые птицы на длинных лапах. Я купалась, загорала. Обычно я старалась не терять под ногами дна, так как едва умела плавать. И все-таки однажды после нескольких СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница брассов, попытавшись достать до дна кончиком большого пальца, я его не нащупала; испугавшись, я начала тонуть и окликнула Ол-грена, он улыбнулся мне издалека. Тогда я откровенно стала звать: «На помощь!», он опять улыбнулся; однако мое барахтанье встревожило его. Когда же он подхватил меня, голова моя была уже под водой, а на губах, как сказал он, застыла совершенно дурацкая улыбка. Еще он добавил, что очень испугался, потому что сам плавал неважно. Мы бегом бросились домой, выпили по стакану виски, и в эйфории этого спасения между нами вспыхнула дружба, и такая крепкая, словно она очистилась от шлаков утраченной любви СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница.

В ней была своя сладость. По ночам мы гуляли на пляже, вдалеке доменные печи Гэри извергали пламя, в озере отражалась огромная рыжеватая луна, а мы разглагольствовали об истоках или конце света либо смотрели телевизор:

давнишние и знаменитые боксерские бои, которые Олгрен комментировал для меня, старые фильмы, а вечером в субботу - превосходное эстрадное представление. Но часто без видимой причины - возможно потому, что Олгрен опасался, как бы один из нас не попал в сети этой призрачной гармонии, - лицо его замыкалось и он молча удалялся. Однажды мы снова пошли на скачки с каким-то другом, я скучала; на обратном пути в машине по радио с СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница большой помпой сообщили, что война неизбежна. Быть отрезанной от Франции, чтобы переживать личную катастрофу, - все это показалось мне настолько отвратительно нелепым, что я разрыдалась. «Это пропаганда, это ничего не значит», -успокаивал меня Олгрен, который не верил в войну. Но я уже рухнула на дно пропасти, и мне понадобились часы, чтобы выбраться оттуда. В другой вечер Олгрен уехал в Чикаго: я любила беспощадное молчание этих одиноких дней и боялась его; с самого утра я перебирала горестные мысли и наконец села перед экраном телевизора. Показывали «Brief encounter»1, и я обливалась слезами.



Через месяц в Миллер приехала Лиза. Я виделась СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница с ней в 1947 году; как и прежде, мы много спорили, но очень хорошо ладили. Мы упали в объятия друг друга. Она сохранила всю свою красоту и причудливую пикантность. В той верной условностям среде, где жила Лиза, ее привычки, с которыми она не желала расставаться, навлекали на нее кучу неприятностей, и она очень забавно рассказывала о них. Однако встреча наша была омрачена. Олгрен воспротивился мысли поселить у себя чужого человека, да и дом к тому же был слишком мал, он нашел для Лизы комнату в пятистах метрах от нас, ее это рассердило. Она решила остаться на две недели, я собиралась вернуться во СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница Францию через месяц и из-за сложности моих отношений с Олгреном чувствовала необходимость побыть наедине с ним. Искренности Лизы я всегда противопоставляла только одно: такую же точно искренность; я опять прибегла к ней, и Лиза снова назвала меня «часами в холодильнике». Несмотря на ее экспансивность и приветливость, Олгрен счел Лизу холодной. «К тому же, - сказал он мне, - у нее всегда такой вид, будто

Фильм Дэвида Лина «Короткая встреча».

она ждет, что я пройдусь на голове». В самом деле, естественное поведение для Лизы - это ироничное недоверие, и чтобы победить его, надо было как-то отличиться. Дело дошло до СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница того, что однажды утром Олгрен заявил, что уезжает в Чикаго. В конце концов мы решили, что я сама поселюсь там с Лизой на два-три дня.

По отношению ко мне она испытывала двойственные чувства. На ее взгляд, во время войны я занималась ею меньше, чем следовало. Лиза все еще сердилась на меня за то, что я приносила ее в жертву своей работе, и обида эта обернулась против того, что я писала; она не раз намекала мне, не открыто, но довольно прозрачно: «Как это печально, быть писателем второго ряда!» Такой мрачный настрой отражал ее собственные отношения с литературой: она и хотела и не СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница хотела писать. «Зачем, если все равно на тебя упадет бомба?» - говорила она мне. На самом деле ее разрывали противоречивые чувства, потому что у нее было дарование, но не было призвания. Ее талант находил выражение в новеллах и сказках, которые появлялись в журналах, а главное, в ее письмах; она обладала даром краткого изложения и выбирала слова со счастливой небрежностью, но когда оставалась наедине со стопкой чистых листов бумаги, у нее не хватало духа. Думается, ее не слишком интересовали другие, чтобы терпеливо вести с ними долгую беседу, страница за страницей.

Да и жизнь ее хромала; Лиза приехала в США, потому что СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница любила одного мужчину, и еще для того, чтобы есть досыта; любовь померкла, Лиза собиралась разводиться, а насыщаться она уже привыкла. Свои детские невзгоды она надеялась компенсировать материнством, однако эти невзгоды плохо подготовили ее к тому, чтобы нежить и лелеять маленькую девочку, с которой она отождествляла себя и слишком сильно, и в то же время слишком мало. Она была признательна Америке за то, что та приняла ее, но не находила там человеческих и интеллектуальных отношений, к которым привыкла в Париже. Она готовилась к преподавательской деятельности и блестяще проявила себя, но своей агрессивностью вызвала раздражение собственных учителей. Ей было свойственно СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница пренебрежение, хотя она легко

поддавалась очарованию; отгороженная от людей тем холодком, который угадал в ней Олгрен, она бросалась в сложные и подчас невозможные авантюры.

В Миллер я возвратилась одна. Олгрен, который несколько месяцев назад встретился в Голливуде с бывшей своей женой, сказал, что собирается вернуться к ней. Ладно, пусть так. В конце концов отчаяние опустошило меня, и я уже не реагировала.

Indian summer1. С тяжелым сердцем шагала я вокруг пруда, ослепленная красотой пышной листвы - золотисто-красной, золотисто-зеленой, ярко-желтой, медной и огненной, не веря ни в прошлое, ни в будущее. Внезапно очнувшись, я падала на траву: «Все СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница кончено, почему?» Моя скорбь была сродни детской, потому что, как дети, я сталкивалась с необъяснимым.

На короткое время мы вернулись в Чикаго. Для приличия наш последний день мы провели на скачках: Олгрен проиграл все свои наличные деньги. Чтобы поужинать, он позвонил другу, тот оставался с нами, пока мы не сели в такси до аэропорта. Олгрен не выглядел обеспокоенным. Чикаго мерцал под тонкой серой пеленой дождя, никогда город не казался мне столь прекрасным. Шагая, словно лунатик, между двумя мужчинами, я думала: «Никогда я больше не увижу этого города. Никогда...» И опять глотала в самолете белладенал, не находя сна, с застрявшим в СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница горле криком, так и не вырвавшимся наружу.

* * *

На Сартра по-прежнему в изобилии сыпались оскорбления. Некий Робишон заявил в газете «Либерте де л'эспри», что следует освободить от пагубного влияния Сартра молодежь, на которую, впрочем, говорил он, не смущаясь, на одном дыхании, тот не оказывает уже никакого влияния. «Надо ли сжечь Сартра?» - с иронией вопрошала «Комба», где у нас сохранились кое-какие друзья. В «Тан модерн» Сартр опубликовал большие отрывки из своей работы о Жене, они вызвали интерес. Но вместе с тем и большой скандал!

Бабье лето (англ.).

Годом раньше в связи с «Высоким надзором» Мориак признал талант Жене СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница и тем не менее написал в «Фигаро» яростную статью по поводу «экскрементализма». С другой стороны, друзья удивлялись, что «Тан модерн» не посвятил пока корейской войне ни одной статьи. «Обсерватёр» сожалел, что журнал не интересуют более текущие события. Мерло-Понти, практически руководившего журналом, корейская война склонила к аполитичности. «Говорят пушки, нам остается только молчать», - сказал он нам.

Подтверждалась вторая гипотеза Сартра: американцы потихоньку оккупировали Францию. Они помогали де Ла-тру, терпевшему серьезные неудачи в Индокитае, стабилизировать обстановку. В обмен Плевен публично согласился с перевооружением Германии и созданием во Франции американских баз. Когда в январе в Париже обосновался Эйзенхауэр, коммунисты безуспешно устраивали манифестации СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница: Франция принимала идею Европы, поддерживаемой Соединенными Штатами, и готова была сражаться за них.

Много было разговоров об угрозе русской оккупации. Трумэн объявил чрезвычайное положение. В случае войны Красная армия быстро захватила бы Европу вплоть до Бреста, и что тогда? «Что касается меня, - сказала нам Франси-на Камю, когда мы вместе выходили после концерта, организованного коммунистами, где исполнялись народные танцы Бартока, - то в тот день, когда русские войдут в Париж, я убью себя и обоих своих детей». В одном из классов какого-то лицея подростки, напуганные пророчествами взрослых, заключили договор о коллективном самоубийстве в случае красной оккупации.

Я не задавалась СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница подобными вопросами до разговора, который состоялся у нас с Камю. «Вы задумывались над тем, что будет с вами, когда сюда придут русские?» - спросил он Сартра. «А вы что, собираетесь уехать?» - сказал в ответ Сартр. «Я буду делать то же, что делал во время немецкой оккупации». Идею «вооруженного тайного сопротивления» выдвинул не кто иной, как Лустоно-Лако, кагуляр1, но мы давно уже не вели откровенных разговоров с Камю, его сра-

Кагуляр - член французской фашистской организации перед Второй мировой войной.

зу же охватывал гнев или, по крайней мере, горячность. Сартр лишь заметил, что никогда не согласится сражаться против пролетариата. «Не СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница надо превращать пролетариат в нечто мистическое», - парировал Камю и стал упрекать французских рабочих в безразличии по отношению к советским лагерям. «Им и без Сибири забот хватает», - возразил Сартр. «Пусть так, - сказал Камю, - и все-таки: орденом Почетного легиона я бы их не наградил!» Странные слова: Камю, как и Сартр, отказался от ордена Почетного легиона, который в 1945 году друзья у власти хотели им дать. Мы чувствовали себя очень далекими от него. Тем не менее он с искренней теплотой уговаривал Сартра: «Уезжайте. Если вы останетесь, они отнимут у вас не только жизнь, но и честь. Вы умрете в ссылке, а они СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница скажут, что вы живы, что вы призываете к отказу от национальных интересов, к смирению, к предательству, и им поверят». Я была потрясена и в последующие дни обдумывала доводы Камю. Возможно, Сартра не тронут, при условии что он будет молчать; но произойдут вещи - мы не имели больше права сомневаться в этом, - с которыми он не станет мириться молча, а ведь известно, какую судьбу готовил Сталин для непокорных интеллектуалов. Во время одного обеда у «Липпа» я спросила Мерло-Понти, что он рассчитывает делать: он не собирался уезжать. А Сюзу повернулась к Сартру: «Вы разочаруете многих людей, если уедете, - сказала СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница она то ли простодушно, то ли провоцируя. - От вас ожидают самоубийства». В другой день Стефан умолял Сартра: «В любом случае, Сартр, обещайте, что вы никогда не признаете их!» Столь героические перспективы мне совсем не нравились, и я вновь и вновь возвращалась к разговору о возможной оккупации. О союзе с фашистами против французских рабочих не могло быть и речи; принять все - тоже нельзя, а открытое сопротивление равносильно самоубийству. Сартр слушал меня, насупившись; мысль об изгнании он отвергал начисто. Олгрен, убежденный теперь, что какая-нибудь безрассудная выходка Макартура может развязать войну, приглашал нас в Миллер. Однако никогда мы не питали столь сильной СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница ненависти к Америке, как в ту пору. В августе Сартр был смущен - меньше, чем Мерло-Понти, и все-таки -тем обстоятельством, что северные корейцы первыми

пересекли границу и что коммунистическая пресса отрицала это. Потом мы узнали, что они попали в западню; Макар-тур хотел этого конфликта, надеясь воспользоваться им, чтобы отдать Китай на милость китайскому лобби, а с другой стороны, феодалы Юга имели виды на промышленность Севера. Охота на человека, обстрелы, прочесывания: американские военные вели не менее жестокую расистскую войну, чем наши войска в Индокитае. Словом, если мы надумаем уехать, то нам подойдет только какая-нибудь нейтральная страна, решили мы. «Закончить СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница свои дни в Бразилии, как Стефан Цвейг, вы только представьте себе!» - говорил Сартр. Он был убежден, что, даже выбирая изгнание из лучших побуждений, человек теряет свое место на земле и никогда уже не обретет его полностью. А мы к тому же собирались бежать от режима, который, несмотря ни на что, воплощал собой социализм! Мы оказались по одну сторону с людьми правых взглядов, хотя они-то не довольствовались пустыми словами, они использовали свое состояние и свои связи, чтобы обеспечить себе пароходы и самолеты. Однажды мы обедали у Клузо; Вера была одета с хорошо продуманной небрежностью: в брюках, вся в черном СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница, с золотой цепочкой на лодыжке, с ниспадающими на плечи великолепными пышными волосами. Был там и Андре Жил-луа с женой. На протяжении всей трапезы разговор вертелся вокруг практических возможностей отъезда. Сартр не желал внезапно быть отброшенным в этот лагерь. «Между американской подлостью и фанатизмом компартии неизвестно, какое место в этом мире остается нам», - писала я сестре. Сартр с негодованием ясно осознал, что коммунисты, относившиеся к нему как к врагу, загоняют его в тупик, словно он и есть враг. Он никогда особенно не верил в русскую оккупацию, но, вообразив ее себе, остро почувствовал парадоксальность нашей ситуации; охватившее Сартра возмущение сыграло СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница огромную роль в дальнейшем развитии его мировоззрения.

ГЛАВА V

Мой образ жизни изменился. Я много времени проводила дома. Это слово наполнилось новым смыслом. Раньше у меня ничего не было - ни мебели, ни гардероба. Теперь в моем шкафу висели гватемальские кофты и юбки, мексиканские блузки, костюм и американские пальто. Комнату мою украшали вещи недорогие, но для меня бесценные: страусиные яйца из Сахары, тяжелые тамтамы, барабаны, привезенные мне Сартром с Гаити, стеклянные шпаги и венецианские зеркала, которые он купил для меня на улице Бонапарта, гипсовый слепок его рук, светильники Джакометти. Я любила работать лицом к окну: голубое небо в обрамлении красных занавесок СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница походило на декорацию Берара. Там я проводила много вечеров с Сартром; я поила его фруктовым соком, ибо он временно отказался от спиртного. И мы слушали музыку. Мне захотелось купить проигрыватель, я посоветовалась с Вианом, какой выбрать, и Сартр помог мне составить фонотеку. Его интересовали Шёнберг, Берг, Веберн, но во Франции не существовало записей их произведений. Я купила некоторых классиков, кое-кого из старинных, «Четыре времени года» Вивальди, от которого Париж вдруг снова пришел в восторг, много произведений Франка, Дебюсси, Равеля, Стравинского, Бартока: в Америке, где он был в большой моде, мы открыли его каждый сам по себе СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница, и в то время - с последними квартетами и сонатой для скрипки - он стал для нас самым любимым. По совету Виана я покупала также много джаза. Менять пластинку каждые пять минут и довольно часто иголку - сколько требуется терпения! Да и консервированная музыка звучит совсем иначе, чем живая. И все-таки приятно иметь

возможность устроить концерт на дому, по собственному желанию и в нужное время.

В рождественский вечер, когда у меня собрались Ольга, Ванда, Бост, Мишель, Сципион, Сартр, у нас было иное развлечение: магнитофон, который М. отдала на хранение Сартру. Без предупреждения я записала несколько разговоров. Слова созданы для того, чтобы разлетаться СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница, и до чего удивительно вновь слышать застывшие, окончательные, словно предназначенные для возведения в сан стихотворения, беспечно брошенные наобум фразы.

Иногда я ходила в кино. «Золотая каска»1 воздала наконец должное красоте Симоны Синьоре и открыла нам ее талант.

Чуть раньше на месте прежнего «Прокопа», взяв его имя, открылся новый ресторан: мраморные столики, кожаные банкетки; мне там нравилось. На втором этаже находился клуб, где бомонд ужинал при свечах. Внизу можно было встретить завсегдатаев квартала, среди прочих Луи Валлона, вдрызг пьяного. Издалека он бормотал оскорбления в мой адрес, но, высказавшись, подходил ко мне, чтобы со слезами на глазах поговорить о Колетт Одри, которую он СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница любил до войны, в те времена, когда был социалистом. В «Прокопе» я изредка встречалась за обедом с Антониной Валлантен, если только не шла к ней во второй половине дня. Плохо, небрежно одетая, в некрасивых пеньюарах, она меня удивляла, особенно когда на фотографии я видела ее молодой и прекрасной, однако за разговором оживал ее талант биографа: она очень хорошо рассказывала о людях. Подруга Штреземана, она знала многих политических деятелей и очень близко Эйнштейна, о котором написала книгу. Она была также автором работ о Гойе и да Винчи, имевших огромный успех. Сотрудничала с «Тан модерн», в основном как критик по СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница искусству. Наши отношения продолжались до августа 1957 года, когда сердечный приступ оборвал ее жизнь.

Жюллиар, с тех пор как принял от Галлимара на свое попечение «Тан модерн», приглашал нас иногда на обед. Его жене, элегантной Жизель д'Ассайи, нравилось соби-

Фильм Жака Беккера.

рать известных людей, которым не всегда было что сказать друг другу. Мы встречали у нее Пуленка, Брианшона, Люси и Эдгара Фор, Мориса Шевалье и Жана Массена, бородатого священника, сохранявшего еще веру, но отделившегося от Церкви: он служил мессу у себя в комнате; он приводил нам свои доводы и рассказывал о собственных проблемах. Время от времени Мерло-Понти СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница останавливал его: «Вы должны написать об этом в "Тан модерн"». И каждый раз тот отвечал тихонько: «Плевал я на "Тан модерн"». Позже он утратил веру, женился и писал вместе со своей женой книги в марксистском духе, некоторые из них превосходны - о Моцарте, Бетховене, Робеспьере, Марате.

Симона Беррьо отвела меня к Колетт, которую очень хорошо знала. В юные годы Колетт завораживала меня. Как все, я получала удовольствие от ее языка, мне очень нравились три или четыре ее книги. «Жаль, что она не любит животных», - сказал нам однажды Кокто. И то верно, говоря о собаках и кошках, она всегда говорила СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница лишь о себе, и я предпочитала, когда она делала это открыто; любовь, кулисы мюзик-холла, Прованс подходили ей гораздо лучше, чем животные. Ее довольство собой, презрение к другим женщинам, почитание надежных ценностей не вызывали у меня симпатии. Но она жила, она работала и была мне приятна. Рассказывали, что Колетт бывает не слишком любезна с женщинами моего возраста, и действительно, приняла она меня холодно. «Вы любите животных?» - «Нет», - отвечала я. Она смерила меня величественным взглядом. Мне это было безразлично. Я не ожидала никакого контакта между нами. Мне довольно было созерцать ее. Парализованная, с распущенными волосами, сильно накрашенная, с заостренным лицом СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница и голубыми глазами, которым возраст придавал ошеломляющий блеск, в окружении своей коллекции пресс-папье и зелени за окном, она предстала мне, неподвижная и величавая, как умопомрачительная Богиня-Мать. Когда однажды мы ужинали вместе с ней и Кокто у Симоны Беррьо, у Сартра тоже возникло ощущение, что перед ним «священный идол». Она побеспокоила себя в значительной степени из любопытства, чтобы увидеть его, зная к тому же, что будет для него гвоздем вечера: эту роль она исполняла с царственным добродушием. Она рассказывала истории о своей

жизни, о людях; бургундская плавность интонаций не притупляла остроту ее слов. Слова у нее лились из вечного источника, по СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница сравнению с этой естественностью высочайшего класса блеск Кокто казался вымученным.

С Жене мы как-то ужинали у Леоноры Фини; она написала его портрет. Вместе они посещали миллиардеров, которых с большим или меньшим успехом побуждали к меценатству. Меня интересовали ее рисунки, гораздо менее ее коллекция кошек и еще меньше чучела мышей, которые притворялись живыми под стеклом.

Кого я часто встречала в Сен-Жермен-де-Пре, так это художника Вольса. Он делал иллюстрации к «Лицам» Сартра. Полан покупал у него время от времени либо рисунок, либо акварель; нам очень нравилось то, что он делал. Немец, давно уже переселившийся во Францию СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница, он пил в день по литру водки из виноградных выжимок и, несмотря на свои тридцать шесть лет, белокурые волосы и розовый цвет лица, выглядел весьма пожилым; глаза его были налиты кровью, думается, я никогда не видела его трезвым. Ему помогали друзья, Сартр снял для него комнату в отеле «Сен-Пер»: хозяин жаловался, что ночью его находили спящим посреди коридора и что он давал друзьям пристанище в пять часов утра. Однажды на террасе мартиниканской «Рюмри» мы выпили с ним по стаканчику; неопрятный, небритый, он был похож на бродягу. К нему подошел очень хорошо одетый господин со строгим лицом, от которого СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница веяло роскошью, и сказал ему несколько слов. Когда он удалился, Вольс повернулся ко мне. «Прошу прощения. Этот тип -мой брат, банкир!» - сказал он тоном банкира, признающегося в том, что его брат - бродяга.

Барро пересказал однажды Сартру «El ruffian dichoso»1 Сервантеса, где один бандит, играя в кости, решает вдруг перемениться, обратившись к добру. В Ла-Пуэз Сартр начал писать пьесу, вдохновившись этим эпизодом, но изменив его: герой Сартра нарочно плутовал, чтобы проиграть. Под влиянием своего очерка о Жене и чтения материалов о французской революции Сартр прежде всего хотел пред-

Пьеса «Счастливый плут» (исп.).

ставить исчерпывающий образ общества. Когда мы СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница вернулись в Париж, он закончил первый акт. Симона Беррьо попросила Сартра почитать его Жуве, которому она хотела доверить постановку. Для начала, как обычно, чудесно пообедали; Брандель рассказал, что нередко во время спектаклей Барро он спал в его ложе, спрятавшись за колонной. Когда вышли из-за стола, Сартр начал читать, а Брандель -похрапывать: жена щипала его, чтобы разбудить; Миранда дремала; лицо Жуве оставалось непроницаемым. После того как Сартр умолк, наступило тягостное молчание, Жуве не произнес ни слова. Миранда, поискав в своей стареющей памяти похвалу, модную в ее молодости, воскликнула с воодушевлением: «У тебя убойные реплики!» Но никто, казалось, не был СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница убит. Стали обсуждать исполнителей. На Гёца безусловно подходил Брассёр. В роли Генриха Сартру хотелось бы видеть Витольда, но он был занят; тогда наметили Вилара, который великолепно, на наш взгляд, показал себя в «Генрихе IV» Пиранделло, и он согласился. Роли женщин поручили Казарес и Марии Оливье. Но сначала надо было закончить пьесу, и Сартр взялся за второй акт.

Ольга почти выздоровела, она опять с успехом стала появляться на сцене и, вопреки советам врача, желала как можно скорее снова сыграть Электру. Эрмантье, поставивший «Мух» в Ниме, хотел показать их в театре «Вьё Колом-бье»; таким образом, все как будто улаживалось. На СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница самом деле - нет. Эрмантье намеревался перевоплотиться в Дюл-лена, однако он не умел руководить актерами, не чувствовал текста, декорации и костюмы выбрал ужасные, словом, исполнение было скверным. Ольга не восстановилась до конца: дыхание, голос изменяли ей. Сартр, поглощенный пьесой «Дьявол и Господь Бог», редко присутствовал на репетициях. На генеральной я ощущала беспокойство, и не без оснований: публика нашла спектакль отвратительным. Это не имело бы значения, если бы провал не заставил Ольгу отказаться от театра, в то время как ее вина заключалась лишь в том, что она вернулась туда слишком рано.

Чтобы закончить пьесу, Сартру требовалось спокойствие. Мне захотелось снова встать СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница на лыжи, и Бост поехал с нами в Орон. Ослепленная белизной, обожженная солнцем, я лежала в шезлонге, обретая ощущение давнего-

предавнего счастья. Когда в пять часов, оглушенная воздухом и ароматом гор, я входила к себе в комнату, Сартр писал, окутанный пеленой дыма, прочно обосновавшись в Германии XVI века; мне с трудом удавалось вытащить его на улицу.

Пьер Брассёр, желавший поговорить с Сартром о своей роли, приехал провести в окрестностях несколько дней; он уже не был похож на молодого человека, который в «Набережной туманов» так талантливо получал пощечины; со своей бородой он казался воплощением мощной стати рейтара и чудачества Гёца СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница. С искорками беспокойного лукавства в глазах Брассёр рассказывал истории о знаменитых людях, с которыми был знаком, восхитительно изображая их. Его жену Лину я часто видела в баре «Пон-Руаяль» еще в ту пору, когда она была одинокой пианисткой, а ее черные волосы струились по плечам; теперь она оставила пианино и отрезала свои волосы, но по-прежнему была все такой же красивой. Симона Беррьо, рассчитывавшая поставить в мае пьесу «Дьявол и Господь Бог», волновалась: «Да что с ним? Он не может больше писать?» В таинственных интонациях ее голоса звучали намеки на то, что Сартр подхватил дурную болезнь; ей мнилось, что способность писать СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница - это естественная секреция, и если силы писателя иссякают, то это как с дойной коровой: не в порядке что-то в организме. Впрочем, она была вправе беспокоиться. После возвращения Сартра в Париж начались репетиции, а последние картины все еще не были написаны.

Пьеса уже длилась дольше, чем положено нормальному спектаклю. Симона Беррьо, пребывавшая в полной растерянности, умоляла Сартра завершить ее в двадцать реплик и требовала огромных купюр, Сартр уверял, что когда она блуждает по театру, то ее пальцы машинально имитируют движения ножниц; она просила всех близких Сартру людей оказать на него давление, согласился один лишь Ко: его вмешательство СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница воспринято было очень плохо. Жана Ко поддержал Брассёр, потому что роль превышала возможности его памяти. При написании каждого слова Сартр знал, что первой заботой директрисы и главного исполнителя будет заставить автора вычеркнуть это слово. Десятая картина давалась Сартру с трудом, хотя он придумал ее чуть ли не раньше всех остальных. Какова бы ни была сила обвинительной

речи Генриха против Гёца, сцена казалась дидактичной; она сразу ожила и воспламенилась, когда перед озадаченным Генрихом сам Гёц со страстью стал обвинять себя. Сартр принес рукопись в театр. «Я тотчас отдам ее печатать», -сказала Симона Беррьо. Проходя мимо ее ложи, Ко заметил Анри Жансона СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница, которого она спрятала там, отдав ему текст Сартра: она не доверяла ни Сартру, ни своему собственному суждению. Жансон успокоил ее.

Во всех этих спорах Жуве участия не принимал: практически он был уже мертв; зная, что со своим больным сердцем он почти наверняка обречен, в первый день поста Жуве сфотографировался за принесением великого покаяния. Он терпеть не мог богохульства Сартра. Приложив большой палец правой руки к пульсу на левой и устремив глаза на часы, Жуве делал вид, будто отмеряет по минутам сцены, и пропускал их без единого замечания.

Зато актеры обнадеживали нас. В первом акте Брассёр являл ошеломляющего Гёца СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница; к несчастью, во второй части он играл двуличного лгуна, в то время как Гёц в своей безумной гордыне искренне отвергает обманное Добро. Вилар действительно был Генрихом: однажды мы видели, как он, остановив такси, отодвинулся, дабы первым пропустить в машину своего дьявола. Казарес, Мария Оливье, Шоффар -почти все исполнители были превосходны. Декорации Ла-бисса показались мне чересчур реалистичными. И Сартр не смог добиться, чтобы испачкали или порвали слишком красивые костюмы, выполненные Шиапарелли.

На репетиции всегда приходило много народа. Мы часто встречались с Брассёром и Линой. Один раз ужинали с Лазаревым, помогавшим Симоне Беррьо финансировать пьесу; несмотря на все, что разделяло его СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница с Сартром, трапеза прошла в сердечной обстановке. Нередко за Казарес приезжал Камю, они выпивали с Сартром по стаканчику: наступил короткий период возобновления их дружбы.

Наконец спектакль был готов, но ценой стольких интриг и споров, что в день генеральной репетиции мы оказались в ссоре с Симоной Беррьо и Брассёрами; Жуве уехал в провинцию. Я ожидала поднятия занавеса, стоя в глубине зала рядом с Линой, на которой было роскошное вечернее платье; одно и то же волнение сжимало нам горло, но мы не

обменялись ни словом. Я знала, что означали три удара: внезапное преображение привычного текста в публичное творение; я этого желала и страшилась более СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница мучительно, чем когда-либо. Вскоре, однако, я вздохнула с облегчением; послышался один свисток, по рядам пробежала какая-то дрожь, и зал замер. Я бродила, успокоившись, по коридорам, садилась время от времени в ложу Симоны Беррьо, не разговаривая с ней.

Ни автор, ни его друзья не были приглашены на ужин, который она давала у «Максима»: в любом случае мы туда не пошли бы. Вместе с Камю, Казарес, Вандой, Ольгой, Бостом мы поужинали в одном заведении, принадлежащем Муне, уроженке Антильских островов. Обстановка была довольно мрачная: наши отношения с Камю налаживались плохо.


documentbdnrdwr.html
documentbdnrlgz.html
documentbdnrsrh.html
documentbdnsabp.html
documentbdnshlx.html
Документ СИЛА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ 12 страница